Материалы портала «Научная Россия»

0 комментариев 4386

Станислав Дробышевский: Что делает нас людьми

Каково место человека в природе? Что отличает нас от животных и почему наш мозг уменьшился за последние тысячелетия? На эти и многие другие вопросы в беседе с "Научной Россией" ответил антрополог Станислав Дробышевский
Название изображения

Кто такой человек и чем он отличается от других живых существ? То, что вроде и отличает нас от животных, всё равно в той или иной форме встречается у них же. Будь то язык, который у животных является неполноценным и ограничен малым набором сигналов, или же изготовление орудий, с которым прекрасно справляются, например, новокаледонские вороны. Среди пернатых встречается даже творчество: вспомним птицу-шалашника, которая обустраивает свое гнездо каждый раз по-новому, применяя поистине творческий подход, а не руководствуясь лишь слепым инстинктом. Кроме того, установлено, что нет прямой зависимости между размером мозга и уровнем интеллекта. Так в чем же дело и кто такой человек: очень умное, продвинутое животное или есть нечто, кардинально отличающее нас от остальных?

На эти и многие другие вопросы в беседе с "Научной Россией" ответил известный российский антрополог и популяризатор науки Станислав Владимирович Дробышевский.

Станислав Дробышевский — российский антрополог и популяризатор научного мировоззрения. Кандидат биологических наук, доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Научный редактор портала Антропогенез.ру

Антрополог говорит:

«Вопрос в том, как мы понимаем слово человек. Можно понимать это как-то глубоко философски, религиозно, но это уже из другой серии, а поскольку мы сейчас находимся на кафедре антропологии биологического факультета МГУ, то и определение следует биологическое. То есть человек (Homo sapiens) — это один из видов человекообразных обезьян, входит в отряд приматов, класс млекопитающих, тип хордовые, царство животных. Без сомнения у нас есть своя специфика, она есть и в генетике, и в биохимии, и в анатомии, и в поведении и пр. Но эта специфика, прямо скажем, не запредельная. Есть и гораздо более специфичные живые существа, которые намного больше отличаются от всех других, чем человек от шимпанзе. В пределах приматов это, например, какая-нибудь руконожка, которая по всем возможным параметрам отличается от других приматов. Или вспомним трубкозуба, если говорить о млекопитающих: строение его зубов совершенно уникально.

Маленькие дети в возрасте пары месяцев уже понимают указующий жест, а шимпанзе, как правило, его не понимают, даже взрослые. Это касается и направления взгляда, то есть люди склонные отслеживать, куда смотрят другие люди, есть у нас эта социальность, а шимпанзе плевать, куда все остальные смотрят.

«Дети в возрасте пары месяцев уже понимают указующий жест, а шимпанзе, как правило, его не понимают, даже взрослые. То же и с направлением взгляда: люди склонны отслеживать, куда смотрят другие, есть у нас эта социальность, а шимпанзе плевать, куда все остальные смотрят». Фото: https://zen.yandex.ru/

Если кратко описать человеческие специфические черты, то мы все-таки "шибко умные": у нас большой мозг, который позволяет нам иметь очень сложное поведение, мы чаще изготавливаем орудия труда и очень от них зависим, мы не можем жить без речи, и она развита у нас на порядки сложнее, чем у других живых существ. Кроме того, люди очень обучаемы: мы очень занудные, целеустремленные, долбим одну и ту же тему до бесконечности и пытаемся понять связи между событиями. У других животных терпения на это вообще-то не хватает. То есть если взять тех же шимпанзе, то да, они тоже обучаются, но это у них происходит кое-как, между делом, в основном наблюдением, и если повезет. А человек мало того, что учится, он еще и полноценно учит других. Мы ведь с вами не где-нибудь, а в университете находимся!

Что касается анатомических различий, то тут все как правило сводится к знаменитой гоминидной триаде: комплекс прямохождения, комплекс трудовой кисти и большой мозг»

Станислав, на разных стадиях эволюции существовали другие виды Homo. Сейчас мы оказались в нетипичной для себя ситуации: мы совершенно одни. А куда все подевались? 

Мы просто слишком крутые конкуренты, то есть человек, и древний, и современный, имеет очень широкую экологическую нишу. Исходно мы — охотники-собиратели открытых пространств, но сейчас люди заселяют и высокогорья, и пустыни, и джунгли, и арктическую тундру, и на МКС даже есть представители нашего вида, и аквалангисты под водой...то есть люди уже везде. Поэтому мы являемся конкурентами всем подряд: бизонам, лошадям, волкам, медведям, барсукам, бактериям, червякам и т.д. Неудивительно, что другие виды людей пострадали в первую очередь. Есть банальное экологическое правило, что два вида, занимающих одну экологическую нишу, долго на одной территории не уживутся, они друг друга вытеснят.

Но ведь раньше как-то уживались?

Нет, они не уживались, а просто жили в разных местах. То есть наши предки жили в Африке, неандертальцы — в Европе, денисовцы — в Азии, хоббиты флоресские — на острове, луcоненсинсы — на другом острове. Вытеснение скорее всего не было каким-то активным, в виде сражений, убийств: охотники-собиратели обычно так себя не ведут, им это всё не надо, потому что опасность пострадать такая же, как если кто-то от тебя пострадает. Там было чисто экологическое вытеснение, то есть пришли сапиенсы и стали быстрее размножаться. Тут какого-то супер-преимущества у сапиенсов может и не было...

Может, просто повезло?

В каком-то смысле, да, нам повезло. Потому что мы в Африке были, там плотность и численность нашего населения были гораздо больше, ведь там тепло и ресурсов предостаточно. А, допустим, европейские неандертальцы сидели на краю Земли около ледника и не сильно-то размножались. Сокращение численности на сапиенсах особо не сказывалось, их было очень много, Африка была бездонным источником наших миграций. То же самое и с островными популяциями. Остров был два на два метра, грубо говоря, там вымереть недолго. У денисовцев в горах тоже численность большой быть не могла. Не было одной простой причины, почему мы выжили: это комплекс причин, тут и наши удачные мутации, и наша культура, и много чего еще.

Как вы считаете, человек сегодня является частью природы или он уже настолько отделился, что стал неким чужеродным элементом?

Вообще странно противопоставлять человека и природу, ведь природа — это не что-то ограниченное забором, за которым стоит человек. Люди — это тоже природа, это такие же биологические существа: у нас есть ДНК, цитоплазма, мембрана клеток и так далее. Мы тоже зависим от температуры, еды, витаминов и пр. Другое дело, что мы эту природу научились очень сильно видоизменять. Так это много кто делает. Любой червяк, белка, да кто угодно абсолютно, живя где-либо, меняет свою среду обитания, и часто не в лучшую сторону. Просто люди делают это в гораздо большем масштабе. Но это не ставит нас вне природы. Кроме того, мы не только меняем природу, но и создаем своей деятельностью другую экосистему на самом деле. Мы сейчас с вами находимся в здании, где тоже есть экосистема, вот мухи какие-то пролетают то и дело. Если пошарить по углам, может еще какие насекомые найдутся. А лет так через тысячу, если ничего не трогать, может и свои новые виды здесь появятся.

За последние 25 тысяч лет мозг у человека уменьшился. О чем это говорит?

Да, мозги усохли примерно на сто граммов, если провести такое грубое усреднение. И это, я полагаю, уменьшило наши способности. Потому что размеры мозга во внутривидовом масштабе на способности особо не влияют, но на межвидовом уже играют роль. Может быть, он уменьшился, потому что больший размер для нас не сильно принципиален теперь. Древний человек в палеолите должен был быстро и четко соображать. Отдельно взятый человек за первые десять лет жизни должен был научиться разводить огонь, строить жилище, делать орудия, охотиться, собирать, отличать ядовитое от не ядовитого, общаться с другими, а в 30 лет он уже помирал. Он должен был всё делать быстро, а в оставшееся время учить своих детей.

То есть тогда все были широкими специалистами, а сейчас у нас все однопрофильные, узкие специалисты?

Сейчас можно быть полным дураком и тебя всё равно будут кормить, поить, обслуживать, может еще и выиграешь от этого. У нас нет проблем, которые бы усиливали наши интеллектуальные способности. Любой современный человек, если он родился в цивилизованном мире, имеет дома воду из крана, магазины рядом с домом с кучей еды; одежда есть, ее делать не надо, и так далее.

«У нас нет проблем, которые бы усиливали наши интеллектуальные способности. Сейчас можно быть полным дураком и тебя всё равно будут кормить, поить, обслуживать, может еще и выиграешь от этого. Любой современный человек, если он родился в цивилизованном мире, имеет дома воду из крана, магазины рядом с домом с кучей еды, одежда тоже есть, ее делать не надо, и так далее. То есть нет отбора на интеллектуализацию»

Он был и широким, и узким специалистом одновременно, ведь кроме всего прочего он умел еще и что-то своё специфическое делать. Выживание зависело напрямую от интеллекта. То есть если он не шибко умный, его съедят или он замерзнет, или просто умрет с голоду. А сегодня у нас от интеллекта выживаемость практически не зависит. В России вообще лет так десять назад корреляция между образованием и доходом была отрицательная. С тех пор, как общество стало настолько хорошим, что начало поддерживать даже самых слабых своих членов, многое изменилось.

Но ведь мозг стал уменьшаться гораздо раньше, 20-25 тысяч лет назад, когда не было еще никаких соцподдержек и прочего?

Еще как было! Первое свидетельство заботы о старых и больных людях — это 1 млн. 800 тыс. лет и дальше. Это находки в пещерах Дманиси, Шанидар и других. Куча примеров, когда люди с самыми ужасными патологиями жили десятилетиями, и весьма неплохо.

В ходе интервью Станислав Дробышевский рассказал также о своем опыте общения с представителями африканского племени хадза. С последними современными охотниками-собирателями Восточной Африки антрополог провел несколько дней как турист.

«Мы как вид не приспособлены жить на пластиковых горах. А вот хадза из Танзании, в отличие от нас, живут так, как надо: бегают по саванне, гоняют антилоп. Понятно, что сейчас люди живут много где, и в высоких горах тоже, но исходный наш вариант (австралопитеков, хабилисов) — это вот какая-то такая зеленая холмистая экваториальная местность, с антилопами, бородавочниками и прочими животными, где мы всё подряд едим».

Много ли у хадза свободного времени или они с утра до ночи гоняются за своей добычей и собирают ягоды?

Свободное время у них почти всё. Пищу они добывают примерно час-полтора в день, по крайней мере так было в те три дня, что я там находился. В остальное время они лежали под камнями, болтали и смеялись. Наверное нас, туристов, обсуждали :)

Почему они так и остаются охотниками-собирателями и не переходят на какой-то другой уровень?

Ну, многие из них уже перешли (аутентичных охотников-собирателей не так уж и много), а те, кто не перешёл, особо и не хотят: у них всё есть, живут в своё удовольствие, охотятся и так далее. Есть запись, когда одного представителя племени бушменов спросили, почему они не занимаются земледелием и скотоводством. На что тот ответил: "а зачем, когда вокруг так много орехов монгонго?". То есть если вокруг полно орехов, зачем заморачиваться, что-то выращивать, пасти. Ведь и конкуренты сразу давить начнут.

В гостях у хадза. Фото: культурно-просветительский центр "Архэ"

В гостях у хадза. Фото: культурно-просветительский центр "Архэ"

Может ли кто-то вытеснить хадза с их земли?

Вообще они в таком виде ещё существуют, потому что их территория — это пустыня, где, грубо говоря, ничего нет. Ближайшая питьевая вода в шести километрах. Поэтому земледелие там практически невозможно, скотоводы тоже там долго быть не могут, потому что опять же воды нет. Охотиться всем, кроме хадза, запрещено. Поэтому и не торопится кто-то занимать эту территорию: этот пятачок настолько никому не нужен, что охотники-собиратели ещё там могут жить. Раньше такой образ жизни был по всей Африке, но после того, как земледелие и скотоводство стали распространяться, из всех мест их вытеснили. Хадза скорее всего просто идейно даже не хотят что-то менять, ведь никто не мешает им пойти и на работу в город устроиться, но зачем? Там он будет пахать от зари до зари, а тут он за час нашел добычу и доволен.

А как у них с медициной?

У них множество видов акаций, каждая акация отвечает за разные недуги. Какая-то лечит от ожогов, какая-то — от нарывов и так далее. Все лекарство находят вокруг себя, вот и вся медицина.

И помогает?

Ну, на сколько-то помогает. Ближайшая больница в километрах за горизонтом, они знают, что она есть, но для них это как для нас на Марс слетать. Мы их, кстати, тоже об этом спрашивали, на что они ответили, мол, что просто не болеют. Я так понимаю, что любое серьёзное заболевание довольно быстро кончается смертью, и тогда они про умерших не говорят. А тот, кто живой, не болеет. Средняя продолжительность жизни у них, думаю, около 30 лет. Хотя в их группе были и пожилые люди. Например, одна женщина лет 50, которая выглядела на все 80. Старых людей там почти нет, зато детей полно. Вот так и живут.

Беседовала Янина Хужина.

 

 

биологический факультет мгу мгу им ломоносова станислав дробышевскиий

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Информация предоставлена Информационным агентством "Научная Россия". Свидетельство о регистрации СМИ: ИА № ФС77-62580, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 31 июля 2015 года.