Новости науки на портале «Научная Россия»

0 комментариев 1386

Ценностные ориентации как индикатор экономики

Проект архангельских ученых нацелен на изучение механизма взаимосвязи ценностных установок и экономического поведения различных поколений населения Арктической зоны Российской Федерации  

Проект архангельских ученых нацелен на изучение механизма взаимосвязи ценностных установок и экономического поведения различных поколений населения Арктической зоны Российской Федерации.

Изменения в сфере культуры и мышления сказываются на изменении ценностных ориентиров и новых форм социальных отношений. Формируется  система ключевых жизненных ориентаций населения, которая позволяет  установить среду самоидентификации и социализации людей. Понимание ценностных установок необходимо не только для мониторинга жизнедеятельности человека, но определения характера общественно-политических изменений внутренней политики страны.

Со сменой поколений трансформация ценностей может быть вызвана многими факторами, включая адаптацию к инновационным и цифровым технологиям. Жители отдаленных территорий особенно подвержены изменению ценностных установок в силу суровых природных условий, неразвитой транспортной или социальной инфраструктуры. Например, в Архангельской области, часть территорий которой входит в Арктическую зону Российской Федерации (АЗРФ), проводится моделирование сбалансированного социально-экономического развития с учетом влияния факторов культурной и  психологической ситуации.

Важно выявить поведенческие ориентиры населения для решения задач социально-экономических реформ в современных  условиях  глобализационных процессов. На определение взаимосвязи между ценностно-нормативной структурой и механизмом экономического поведения у жителей Арктической зоны Российской Федерации направлено исследование  архангельских ученых.

Проект по гранту РФФИ «Влияние межпоколенных различий ценностных ориентаций населения Арктической зоны Российской Федерации на экономическое развитие её территорий» носит междисциплинарный характер (исполнители проекта – социологи, экономисты и математики) и рассчитан на 2020-2021 гг. Тематическая идея зародилась в ходе дискуссий между научными сотрудниками, проходящих на собраниях лаборатории, в продолжение ранее проводимой научной работы.

Руководитель проекта - Малинина Кристина Олеговна, кандидат социологических наук, заведующий лабораторией социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН (г. Архангельск)

Руководитель проекта - Малинина Кристина Олеговна, кандидат социологических наук, заведующий лабораторией социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН (г. Архангельск)

Авторы-инициаторы исследования из лаборатории социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации Исследовательского центра комплексного изучения Арктики имени академика Н.П. Лаверова Уральского отделения Российской Академии наук (ИКИА ФИЦКИА им. ак. Н.П. Лаверова РАН (г. Архангельск)  –  руководитель проекта Кристина Олеговна  Малинина, кандидат социологических наук, доцент,  заведующий  этой лабораторией и ответственный исполнитель проекта Антон Михайлович  Максимов, кандидат политических наук, доцент, старший научный сотрудник лаборатории – пояснили, какова может быть вероятная причина изменений в структуре ценностных установок и каким образом изучение механизма  межпоколенной дифференциации ценностных ориентаций населения арктического и субарктического региона  поможет определить потенциал экономического развития северных территорий России.

Кристина Малинина подробно рассказала о некоторых концепциях изучения ценностных ориентиров человека и о том, как их измерение методами социологии поможет при разработке и внедрении программ социально-экономического развития региона:

«На сегодняшний день существует несколько наиболее распространенных подходов к изучению ценностных ориентаций. Первый из них – это концепция терминальных и инструментальных ценностей, предложенная более полувека назад американским социальным психологом Милтоном Рокичем. К российским реалиям она была адаптирована советскими учеными А.А. Гоштаусом, М.А. Семеновым и В.А. Ядовым. Суть этой концепции заключается в том, что ценности разделяются на два класса: терминальные, отражающие фундаментальные жизненные цели индивидов, и инструментальные, отражающие представление людей об одобряемых средствах достижения этих жизненных целей. Для каждого класса эмпирическим путем было определено по 18 ценностей: к терминальным, например, были отнесены такие как «здоровье», «любовь», «материально обеспеченная жизнь», «семейное счастье» и т.д.; к инструментальным – «самоконтроль», «ответственность», «твердая воля», «широта взглядов» и т.п., с помощью чего обычно описываются индивидуальные свойства личности. Ученые, которые обращаются к методологии М. Рокича, предлагают респондентам ранжировать эти списки ценностей по степени значимости каждой из них и потом анализируют общие тенденции в иерархиях ценностей. Эта методология считается традиционной, до сих пор применяется в исследованиях, но также активно критикуется. В частности, за то, что наборы терминальных и инструментальных ценностей рассматриваются как универсальные, т.е. они как будто бы никак не связаны с культурной спецификой различных обществ.

Другой известный подход связан с именем голландского исследователя Герта Хофстеде. На основе данных, полученных в результате серии межстрановых сравнительных исследований, Г. Хофстеде удалось разработать своеобразную систему ценностных координат, отражающих культурные различия между обществами, например западноевропейскими и восточноазиатскими. Такая система координат представлена несколькими дихотомиями, такими как «индивидуализм - коллективизм», «маскулинность - фемининность», «большая дистанция власти – малая дистанция власти» (в последнем случае, чем выше дистанция власти, тем сильнее выражена ориентация на иерархичность социальных отношений) и др. Измерение в ходе массовых опросов склонности людей к тому или иному полюсу в каждой такой дихотомии позволяет дать комплексную характеристику тому обществу, той культуре, в рамках которой живут опрашиваемые. Впрочем, методологию Хофстеде также неоднократно критиковали, например, за её излишнюю умозрительность (почему именно такие, а не иные ценностные дихотомии были выбраны в качестве фундаментальных принципов для характеристики разных культур).

Весьма популярной является концепция Р. Инглхарта и К. Вельцеля, лежащая в основе многолетнего проекта межстрановых исследований ценностей World Values Survey.  Инглхарт строит двумерную систему координат с помощью двух шкал измерения ценностей: «традиционные ценности – секулярно-рациональные ценности» и шкалу «ценности выживания (survival values) – ценности самовыражения (self-expression values)». Позиция на каждой шкале определяется через значение интегрального индекса, который в свою очередь рассчитывается на основе ответов респондентов на десятки вопросов о жизненно важных целях, привычках, убеждениях. 

С точки зрения Р. Инглхарта и его коллег, культурные императивы конкретных обществ располагаются между полюсами этих шкал ценностей, отражая степень приверженности большинства их членов тем или иным (традиционалистским или модерным / постмодерным) системам ценностей. Результаты эмпирических исследований показывают, что в странах, где высок уровень экономического развития, а население не сталкивается регулярно с угрозами выживания, наблюдается более либеральный политический режим, больше возможностей для самореализации, а люди демонстрируют уверенность в завтрашнем дне и склонность к «стратегиям развития» (promotion strategies); в странах, для которых характерна экономическая стагнация или отсталость, наблюдается прямо противоположная картина. При этом Инглхарт и Вельцель уточняют, что в обществах индустриального типа наблюдается сдвиг в первую очередь от традиционных ценностей к секулярно-рациональным, тогда как «ценность выживания» остается в приоритете, а при переходе к постиндустриальной экономике во всех обществах усиливается значение «ценности самовыражения» при сохранении приверженности секулярно-рациональным ценностным ориентациям.

Одна из продуктивных гипотез в рамках данного подхода связана с идеей, что межпоколенные изменения в системах ценностей (от традиционалистских к современным и постсовременным / постмодернистским), обусловленные социально-экономическими сдвигами, в свою очередь влияют на динамику изменений повседневных экономических практик индивидов. Это особенно важно в контексте нашего проекта, поэтому мы в планируемых исследованиях ориентируемся именно на методологию Р. Инглхарта и К. Вельцеля».

В рамках предшествующих исследований архангельские ученые изучали социокультурную специфику Российской Арктики на примере арктических территорий Архангельской области и разрабатывали методологию моделирования социально-экономического развития с учетом вклада в этот процесс культурных и социально-психологических параметров, характеризующих местные сообщества.

Тем не менее, по мнению ответственного исполнителя проекта Антона Максимова, «о научно подтвержденных общих тенденциях в развитии социокультурной ситуации на всей многообразной территории Российской Арктики говорить пока не приходится. Это связано с несколькими обстоятельствами. Во-первых, достаточно трудно технически и финансово организовать масштабное межрегиональное исследование по единой методике на всех арктических территориях, чтобы его результаты были более-менее репрезентативны. Поэтому большинство исследовательских центров и групп, включая нашу, сосредотачивают свои усилия на более глубоком изучении отдельно взятого региона или даже отдельных территорий внутри региона. Так работа ведется в Архангельской области, Ненецком автономном округе, Республике Саха (Якутия), Мурманской области. Из-за того, что в конкретных исследованиях ценностей в этих регионах используются разные подходы, методики, наборы индикаторов, полученные результаты оказываются трудно сопоставимы друг с другом, и сравнивать ситуацию в разных регионах зачастую приходится на основе качественных выводов, к которым приходит каждая группа исследователей. Это сравнение интерпретаций, а не исходных данных, что, конечно, далеко от идеала научной строгости. Кроме того, нередко конкретные исследовательские проекты являются узконаправленными – измеряющими ценности какой-то одной социальной группы, например, молодежи или предпринимателей.

Во-вторых, крупные исследовательские проекты измерения ценностей, такие как уже упоминавшийся World Values Survey (за последние двадцать лет Россия участвовала в трех волнах исследований в рамках данного проекта), позволяющие в принципе решить вышеуказанные проблемы, к сожалению, не нацелены на арктические регионы как на объект особого изучения – в общероссийские выборки даже не всегда попадают респонденты из них, а если и попадают, то в таком количестве, что ни о какой репрезентативности  данных для Российской Арктики не может быть и речи.

Ответственный исполнитель проекта – Максимов Антон Михайлович, кандидат политических наук, старший научный сотрудник лаборатории социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН (г. Архангельск).

Ответственный исполнитель проекта – Максимов Антон Михайлович, кандидат политических наук, старший научный сотрудник лаборатории социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН (г. Архангельск).

В-третьих, есть проблема с доступностью для исследователей эмпирических данных, собираемых по единой федеральной методике в интересах региональных исполнительных органов власти. Так, в нашем регионе ежегодно в рамках мониторинга межнациональных и межконфессиональных отношений ценностные ориентации населения измеряются специалистами Центра изучения общественного мнения при областной администрации. Доступ к этим данным позволил бы выявить тренды, по крайней мере, в отдельно взятом регионе. Однако публикаций в научных журналах по этим данным практически нет, сами данные используются для внутриведомственных нужд. Конечно, выводы по таким прикладным исследованиям озвучиваются в докладах на заседании регионального Правительства или Общественной палаты, но этого недостаточно, чтобы выработать научный взгляд на динамику социокультурной ситуации в регионе».

Архангельские специалисты не так давно приступили к разработке темы о взаимосвязи структурных особенностей систем ценностей и динамики экономического развития в арктических регионах, и новый проект может стать этапным для соответствующего направления в науке.

Как отмечает Антон Максимов «на текущий момент наша лаборатория не имеет достаточных данных, чтобы максимально строго и полно описать эту взаимосвязь, т.к. мы начали нашу работу всего два года назад и успели за это время развернуть лишь одну волну опросов. Вместе с тем, наши коллеги А.А. Дрегало и В.И. Ульяновский проводили подобные исследования (опираясь на методологию М. Рокича) в 1990-2000-е годы. Последний организованный ими опрос относится к 2012 г. Благодаря этому мы в целом можем представить себе картину изменений в системе ценностей населения нашего региона за постсоветский период развития. В этой картине привлекает внимание стабильность топа-3 терминальных ценностей на протяжении последних трех десятилетий: семья, здоровье, материальное благополучие. Какие-то подвижки наблюдаются в «середине» ценностной иерархии – с течением времени растет, например, значение ценности профессиональной самореализации; последние замеры показывают рост значения экологистских ценностей.

Однако, на наш взгляд, глубокие изменения в экономической и общественно-политической жизни российского общества, повседневности и технологиях, смена поколений – все это должно было переформатировать систему ценностей населения, в том числе и жителей арктических регионов. То, что мы этого явным образом не наблюдем, свидетельствует, скорее всего, о недостаточной чувствительности исследовательской оптики, которая использовалась социологами ранее. Именно поэтому нашим коллективом было принято решение обратиться к методологии, используемой в проекте World Values Survey, а также обратить более пристальное внимание на межгенерационные различия в системах ценностей».

В этом проекте ученые планируют обратиться к методологическим наработкам Рональда Инглхарта, который в своих исследованиях использует несколько десятков индикаторов, которые, по мнению Антона Максимова, «могут быть сведены к 22 показателям, которые хорошо скоррелированы между собой и позволяют говорить о доминировании в регионе комплекса традиционных, секулярно-рациональных или материалистических ценностей».

Какие будут рассмотрены ценности (ценности семьи, ценности труда и образования, этнические ценности)? Что будет включать в себя такой анализ ценности?

«Высокие значения ценности семьи, которые год от года фиксируют опросы общественного мнения, – это, скорее, такая константа. Иначе говоря, для изучения социокультурной динамики и межпоколенных сдвигов в ценностях она не является релевантной. Про какие-то особые этнические ценности речи в проекте не идет, так как это больше из области популярной этнографии, вещающей нам о «национальных характерах», в существовании которых специалисты, мягко говоря, сомневаются. Тем не менее, различия в степени приверженности каким-то группам ценностей (например, традиционным – иерархия, брак, религиозность и пр.) у разных этнических групп могут быть существенными», – сообщила Кристина Малинина и далее  обозначила,  какие респонденты будут рассмотрены в проекте (какие народы Арктики и какого возраста, пола, социального уровня), –

Представители коренных малочисленных народов, проживающие на арктических территориях, вообще должны быть отдельным объектом исследования, так как их социализация протекает в радикально отличной от большинства жителей любого арктического региона культурной среде. В рамках нашего проекта мы сосредоточимся на людях, которые социализировались под влиянием общих факторов, таких как семья привычного нам типа (так называемая нуклеарная, сильно отличающаяся от того типа семей, который характерен для полукочевых народов Севера), школа, массмедиа и другие социальные институты. Если мы обнаружим для таких людей заметные различия в их ценностных ориентациях, и эти различия получится связать с поколенческими «разрывами», то это будет свидетельствовать о серьезной трансформации самих социальных институтов (тех же школы и семьи), происходящих под влиянием социально-экономических и технологических изменений в российском обществе».

 Эмпирически обоснованный анализ межпоколенной трансформации системы ценностей населения в качестве ведущего фактора экономического развития арктических территорий станет приоритетным в этом междисциплинарном проекте. В чем состоит такой подход и какие параметры лежат в его основе?

«Здесь следует оговориться, что этот фактор рассматривается нами как наиболее значимый, «ведущий» не вообще, а из числа неэкономических. Сам подход наследует традиции, заложенной ещё Максом Вебером, который писал о важной роли культурных особенностей, в частности, специфических систем ценностей, для реализации экономического потенциала общества. Ценности и установки, обусловленные социализацией в рамках конкретной культурной среды, формируют у людей определенные ожидания, мотивацию, паттерны поведения, что сказывается на большей или меньшей склонности к предпринимательству, трудовой мобильности, выборе инвестиционной стратегии и т.д. Среди более современных теорий, которые подкрепляют наш подход, следует упомянуть теории, развивающиеся в рамках поведенческой экономики, начало которой положил Даниел Канеман. Хотя он писал больше об универсальных когнитивных схемах, лежащих в основе экономического поведения людей, но такая точка зрения не исключает культурной вариативности этих схем и допускает введение дополнительных переменных, таких как ценностные ориентации, для объяснения различий в экономическом поведении жителей разных регионов. Что же касается, связи межпоколенных различий в ценностях и их влиянии на экономическое развитие, то здесь мы исходим из вышеупомянутой гипотезы Р. Инглхарта и К. Вельцеля», –  подчеркнул Антон Максимов.

Сегодня ценностное измерение продиктовано не только социокультурными или политическими параметрами, но и большими возможностями средств массовой коммуникации. Как местожительство современного человека может повлиять на формирование ценностных ориентиров в эпоху цифровизации и Интернета?

«Широкое (даже в Арктике) проникновение Интернета и создание, например, алгоритмов искусственного интеллекта, решающих задачи автоматизированного перевода с одного естественного языка на другой, а также беспрецедентный уровень глобализации массовой культуры очевидным образом стирают культурные границы между людьми, живущими в разных уголках мира. В целом, можно сказать, что сегодня происходит движение по пути унификации систем ценностей жителей разных регионов и даже разных стран. Процесс этот, впрочем, ещё далек от завершения. В том числе и из-за межпоколенных культурных «разрывов». Ведь те же цифровые технологии, активность в глобальной сети и новейшие формы коммуникации – своя «стихия», прежде всего, для тех россиян, которые родились на рубеже веков или уже в этом веке, тех, чье личностное формирование протекало в тесном соприкосновении с новой цифровой средой. С этой точки зрения для нынешней молодежи местожительство в культурном отношении играет третьестепенную роль, а вот для предшествующих поколений территориальная «привязка» (живет человек в сельской местности, маленьком городе районного значения или региональном центре, живет на периферии страны или ближе к столице) гораздо более важна. При этом не стоит игнорировать того факта, что территория проживания по-прежнему очень существенно влияет на экономические условия существования людей, и это касается представителей любого поколения», – убежден Антон Максимов.

На фото участники проекта – сотрудники лаборатории социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН: слева направо – кандидат с.-х. н., старший научный сотрудник Татьяна Анатольевна Блынская; кандидат социологических наук, заведующий лабораторией Кристина Олеговна Малинина; кандидат экон. наук, ведущий научный сотрудник Людмила Александровна Чижова

На фото участники проекта – сотрудники лаборатории социокультурной динамики развития Арктических регионов Российской Федерации ФИЦКИА УрО РАН: слева направо – кандидат с.-х. н., старший научный сотрудник Татьяна Анатольевна Блынская; кандидат социологических наук, заведующий лабораторией Кристина Олеговна Малинина; кандидат экон. наук, ведущий научный сотрудник Людмила Александровна Чижова

Ожидается, что изучение особенностей структуры ценностей населения  позволит получить данные, которые могут быть учтены при внедрении региональных программ  социально-экономического  развития.

«Результаты, которые мы планируем получить в ходе реализации нашего проекта, могут дополнить существующие прогнозные сценарии (основанные, главным образом, на динамике экономических показателей) набором переменных, которые отражают те изменения человеческого потенциала, которые обусловлены межпоколенными сдвигами в ценностных ориентациях. Самые очевидные прикладные разработки в нашем случае будут связаны с прогнозированием межрегиональных миграций выпускников школ и вузов, траекторий профессионального развития и трудовой мобильности населения арктических регионов, динамики доли населения, ориентированного на предпринимательскую деятельность на территориях Севера и Арктики», – руководитель проекта Кристина Малинина  прокомментировала, как исследование в рамках РФФИ в итоге поможет спрогнозировать экономическое развитие Арктической зоны России.

арктическая зона российской федерации исследовательский центр комплексного изучения арктики имени академика нп лаверова уральского отделения российской академии наук икиа фицкиа им ак нп лаверова ран г архангельск максимов антон михайлович кандидат политических наук малинина кристина олеговна кандидат социологических наук

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Информация предоставлена Информационным агентством "Научная Россия". Свидетельство о регистрации СМИ: ИА № ФС77-62580, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 31 июля 2015 года.