Материалы портала «Научная Россия»

Что происходит с библиотекой ИНИОН

Что происходит с библиотекой ИНИОН
Страшный пожар 30-31 января 2015 года в ИНИОН уничтожил половину фондов крупнейшей в стране библиотеки по общественным наукам. Эксперты едины в своем мнении - оставшиеся книги нужно срочно замораживать и сушить, но до сих пор большая их часть находится в

Большая часть одного из старейших научных институтов страны сгорела в пожаре 30-31 января, а вместе с ним пострадала его библиотека — крупнейшее хранилище литературы по общественным наукам. Уничтожено 5,42 млн экземпляров из 10,2 млн, то есть половина. По предварительным оценкам, который опубликовал институт 12 февраля, еще 2,32 млн экземпляров — «сложно восстановимая часть фонда», возможно, утерянная навсегда. Среди причин пожара называют короткое замыкание, поджог и шальную петарду, запущенную кем-то с улицы.

В конце 1990-х я почти два года занималась в библиотеке Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН), и хотя к тому моменту здание в основном опустело, а фонтан перед институтом давным-давно высох, все равно огромное светлое строение напоминало мне замок, попасть в который можно только по мосту через ров. Говорят, архитектор Яков Белопольский спроектировал фонтан специально, чтобы отводить летом тепло из здания, где скапливалось много народа. Теперь этой проблемы более не существует.

План спасения фондов

Многие думают, что работами по спасению книг ИНИОН занимается ФАНО, в ведение которого институт перешел в результате реформы РАН. Но, как пояснили в пресс-службе ФАНО, «управление фондами Библиотеки общественных наук осуществляет ИНИОН РАН. Руководство ИНИОН РАН организует работу по ликвидации последствий пожара в здании Института».

В институте сразу создали оперативный штаб и экспертную комиссию по обеспечению сохранности и восстановления библиотечного фонда, куда вошли директора крупных библиотек, реставраторы, экологи, хранители редких книг. Еще 6 февраля эксперты дали свои рекомендации и план спасательной операции для книг. Но он выполняется медленно. Один из экспертов, Александр Лифшиц, заведующий отделом редких книг и рукописей Научной библиотеки МГУ им. М.В. Ломоносова, опубликовал 17 февраля в Facebook впечатления о посещении пожарища, которые сводились к следующему: «Прогноз? Полная, простите, ж**а, если в ближайшие день-два не начать выносить книги из разрушенного хранилища и не начать их сушить».

Важно, пояснил в телефонном разговоре Александр Львович, что сушить нужно и те издания, что залиты пожарной пеной, и те, что были в нетронутых пожаром дальних залах и отсырели от влажности. А для этого требуются специалисты, потому что, разбирая хранилище, книги нужно сортировать — как раненых в медицинском госпитале. Возможно, это цинично, сказал Лифшиц, но это единственно верный путь. Если издание дублируется собраниями других библиотек, если его легко восстановить за счет частных библиотек, если оно оцифровано, то его нужно вывозить в последнюю очередь, а в первую — заняться уникальными и редкими изданиями. Из таких ему на глаза попались книги XVIII века, эпохи ручной печати, начала XIX веков, газеты и листовки 1920-30 годов. Но это лишь пример того, что надо срочно спасать.

В помощь специалистам нужны волонтеры, чтобы упаковать и быстро вынести книги. И это еще одна проблема, потому что для привлечения волонтеров нужно разрешение — здание охраняется полицией. По словам Александра Лифшица, одних сотрудников института недостаточно для разбора фондов, ведь среди них в основном женщины в возрасте. Поэтому с 23 февраля ИНИОН приглашает добровольцев помочь упаковать книги.

Так вот, если срочно не начать сушить влажные книги, то они заплесневеют и пропадут. Лучше всего это делать на месте в сушильных камерах, или хотя бы в помещениях с конвекцией сухого воздуха. Но это долгий процесс — занимает около недели. Поэтому все мокрые и влажные книги нужно завернуть в пленку по одной и заморозить. Заморозка книг, по словам Александра Лифшица, — это временное решение проблемы. Хотя оно и может затянуться на годы, как показал опыт ликвидации пожара в Библиотеке Академии наук в Санкт-Петербурге. Как известно, пожар в БАН, меньший по масштабам, произошел в 1988 году, а часть книг оттуда до сих пор хранится замороженной.

Самый плохой вариант — это вывезти куда-то влажные книги на хранение. Тогда они гарантированно будут уничтожены плесенью. Случится, по выражению эксперта, «микологический пожар».

Кстати, идея разобрать книги по домам, чтобы высушить, предложенная москвичами, положение не спасет. Тот же опыт БАН показал, что волонтеры тогда высушили всего 12000 книг. Это капля в море. Лучше, чем ничего, конечно, но не решение.

О необходимости срочно спасать фонды ИНИОН сказала мне в телефонном разговоре и Наталия Ребрикова, заведующая биологической лабораторией НИИ реставрации, которая тоже входит в экспертную комиссию. Мнение специалистов однозначно — намокшие книги нужно срочно сушить. Так делают во всем мире.

Пока я готовила эту статью, началась оттепель, а это губительно для мокрых книг. Если они оттают, то за день-два заведется плесень. А чтобы вылечить книгу от плесени, придется применять сильные химикаты типа формальдегида. Это только увеличит затраты на спасательную операцию. Сумма средств, отведенных на восстановление книг, до сих пор неизвестна. Бюджетная комиссия ФАНО только еще будет это решать. И хотя с бухгалтерской точки зрения агентства такая неопределенность понятна, для науки она может обернуться тяжелыми потерями, ведь спасение книг действительно стоит недешево, и буквально с каждым днем положение все ухудшается.

Что уцелело

За столетнюю историю ИНИОН создал огромное хранилище книг, включая редкие, специализированные собрания. Что из них уцелело?

Пожара в библиотеке, подобного случившемуся в ИНИОН, история нашей страны не знала. Александр Лифшиц сравнил его с пожаром в Москве, которую подожгла отступающая армия Наполеона в 1812 году. Тогда сгорел Московский университет, а вместе с ним и библиотека. Но ее фонды насчитывали от силы несколько десятков тысяч книг, а ИНИОН точно уже потерял 5,4 миллиона изданий.

Чудом уцелел бумажный каталог института, без которого невозможно было бы оценить потери и восстановить утраченные книги. Поразительно, но в четвертой по размеру библиотеке страны не было полного электронного каталога изданий, а оцифровке подверглись всего около ста тысяч книг — это мизерное количество. У института не было денег на сканирование фондов. (См. репортаж телеканала «Культура»).

Lenta.ru со ссылкой на замдиректора ИНИОН Татьяну Решетник сообщила, что фонд редких изданий сохранился. Материалы Генеральной ассамблеи ООН на русском языке, Международного суда, международные справочники, фонд справочно-библиографического отдела сгорели. Полностью утрачено собрание книг Института славяноведения на различных славянских языках XIX-XX веков. Это несколько тысяч книг, большинство которых, как пояснили в пресс-службе института, «имеют дублеты в отделах библиотеки ИНИОН РАН в других институтах РАН, а также в других библиотеках нашей страны».

Сгорели книги из фондов Института мировой литературы РАН. Когда библиотеку института переселяли с Новой площади, часть отдали на ответственное хранение в ИНИОН. Более тысячи коробок лежали на третьем этаже, откуда началось возгорание, написала в Facebook гражданский активист Елена Глушко. Она утверждала, правда, с чужих слов, что в коробках хранились «уникальные еврейские рукописи». Людмила Юрченкова, заведующая отделением библиотечно-библиографического обслуживания при учреждениях РАН подтвердила, что в ИНИОН хранилась зарубежная литература из фондов ИМЛИ, и она уничтожена в пожаре, но еврейских рукописей там не было.

Многие специалисты беспокоились о судьбе изданий из Готской библиотеки. Это старопечатные книги XVI-XVIII веков, издания и журналы более позднего времени, которые «по чисто техническим обстоятельствам», как сказано в сообщении института, не были возвращены ГДР — это 5815 единиц хранения. Как пояснили мне в пресс-службе института, часть фонда редкой книги, включая издания Готской библиотеки, вывезли 11 февраля для конвективной сушки в отделение Фундаментальной библиотеки ИНИОН РАН в Институте экономики РАН. Состояние книг удовлетворительное, в чем можно убедиться на фотографиях.

Первую партию газет 1917-1925 годов отправили в криокамеру РГБ 13 февраля. По словам пресс-службы, «слегка увлажненные газеты находились в криокамере четверо суток и прошли полный цикл удаления влаги, они полностью высушены. На более длительный срок помещены экземпляры, сильнее пострадавшие о воды».

Спасение книг продолжилось спустя неделю, только 20 февраля, СМИ со ссылкой на директора ИНИОН академика Юрия Пивоварова сообщили, что сушка книг уже идет в вакуумных криокамерах в РГБ и Российском государственном архиве научно-технической документации. Сушить в криокамерах можно сразу три тонны книг, но процесс занимает неделю. Пресс-служба уточнила, что в криокамеры отправили «наиболее пострадавшие от воды экземпляры. Среди них — журналы и книги на русском и иностранных языках разных лет. По этой партии специалисты сделают выводы об оптимальных сроках заморозки бумажных изданий при различных условиях».

Львиная же часть пострадавших изданий все еще находится в здании. В письме пресс-службы ИНИОН от 22 февраля сказано, что «работа по сортировке и отправке изданий [в морозильные камеры] будет продолжаться по мере заключения договоренностей об использовании помещений и специального оборудования для заморозки или просушки книг. … Большая часть документов на данный момент будет вывезена в морозильные камеры. Из морозильных камер экземпляры будут отправляться на сушку и при необходимости на специальную обработку. После прохождения этих процедур будет оцениваться состояние отдельных экземпляров и тогда будет приниматься решение о необходимости реставрации».

Не вполне ясна судьба части редких изданий ИИЕТ — Института истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН. Институт был выселен из здания на Старопанском переулке в центре Москвы на улицу Обручева. Его сотрудник Дмитрий Баюк написал в Facebook 2 февраля: «Списки ииетовских книг, перевезенных в ИНИОН в 2005 году, во времена зачистки столицы от культурно-просветительских организаций. 100 ящиков единиц хранения особой ценности. В основном книги XVIII и XIX веков. Среди них первые издания "Писем о различных предметах" Эйлера, "Histoire naturelle" Бюффона, "Mémoires" Санкт-петербургской академии, "Histoire Académie royale", "Système des animaux" Ламарка, "Beschreibung von allerlei Insecten" Фриша 1720 года издания, а также множество разных изданий "De re metallica" Агриколы, включая фотокопию первого (1556). Уцелело ли что-нибудь из этого?». Он опубликовал фотографии этих списков, составленные заведующим библиотекой, ныне покойным Фаридом Муртазиным.

На пост Баюка откликнулась Людмила Юрченкова и опровергла информацию о хранении книг ИИЕТ в ИНИОН. По ее словам, ИНИОН не вывозил эти книги. В телефонном разговоре Дмитрий вспомнил, что присутствовал на встрече с сотрудниками ИНИОН, где речь шла о передаче антиквариата, и принимать его действительно не хотели — негде было хранить. Значит, книги либо хранятся на Обручева, либо были увезены куда-то еще. То, что антикварные книги в ИИЕТ хранились, подтвердил Сергей Иванов, историк и писатель. Он в 1970-х годах работал там с ними, о дальнейшей их судьбе он ничего не знает. Пресс-служба ИНИОН оставила вопрос о судьбе книг ИИЕТ без ответа.

Я поговорила с одной из сотрудниц ИИЕТ, которые упаковывали библиотеку в 2005 году. Она не захотела, чтобы ее имя звучало в СМИ, но мне оно известно. Она рассказала, что в 2005 году библиотекой института заведовала некая Людмила Анатольевна, которая бесследно пропала, когда институт переезжал. А вместе с ней пропали все инвентарные книги и описи библиотеки. Женщину разыскивала милиция, пришлось даже вскрывать ее квартиру в Химках, но ни хозяйки, ни описей там не нашли.

Как бы то ни было, библиотеку ИИЕТ перевезли на Обручева и сложили в комнату, доступ в которую ограничен. Говорят, не все коробки маркированы, в комнате нет освещения. Чтобы найти антикварные издания, придется разбирать весь архив. Соответственно,  с 2005 года библиотека ИИЕТ находится в законсервированном состоянии и для исследователей недоступна.

Год литературы

Пожар в ИНИОН страшен и символичен одновременно. «Считаем, что эта трагедия напрямую связана с общим уровнем содержания академических институтов, отношения к науке в целом», сказано в петиции Вольного исторического общества, члены которого требуют спасения фондов и скорейшего восстановления работы ИНИОН. Авторы петиции полагают, что реформа, фактически ликвидировавшая в 2013 году Академию наук, организацию с почти 300-летней историей, не облегчила положение науки. Недаром на недавней церемонии вручения премий Министерства образования «За верность науке» предметом шуток стал кадр презентации, гласивший, что одним из важнейших итогов реформы РАН стало создание ФАНО.

Теперь сгорела одна из крупнейших в стране академических библиотек, основанная в 1918 году. На сушку и реставрацию уцелевшей части имеющимися сейчас техническими средствами понадобится 154 года, сообщил «Коммерсант» со ссылкой на главу ФАНО Михаила Котюкова. А это значит, что надежды на восстановление фондов, по существу, нет.

«Начало хорошего летнего дня», как было сказано по немного другому поводу — 2015 год по красноречивому совпадению объявлен Годом литературы.

инион пожар в здании инион спасение книг

Назад

Социальные сети

Комментарии

  • Александр, 11 апреля 2015 г. 11:48:42

    В принципе ничего страшного не случилось. Сгорела макулатура. Ученые ее столько наплодили, что туда ей и дорога.

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий