Материалы портала «Научная Россия»

Приватизация 90-х: актуальная тема для современной России

Приватизация 90-х: актуальная тема для современной России
Заседание Зиновьевского клуба на тему «Приватизация 90-ых: как мы понимаем ее сегодня» состоялось 24 мая в МИА «Россия сегодня».

Заседание Зиновьевского клуба на тему «Приватизация 90-ых: как мы понимаем ее сегодня» состоялось 24 мая в МИА «Россия сегодня».

Заседание открыла сопредседатель клуба Ольга Мироновна Зиновьева. Она назвала обсуждаемую тему «очень интересной» и сравнила ситуацию приватизации и конфликтов на ее почве с ситуацией в детском саду: «Когда дерутся за одну игрушку, а родитель уговаривает договориться: «Вот этому мальчику нужна эта игрушка больше, чем другому».  Но конфликты могут быть и крупными – как «геополитические конфликты и выяснения отношений одного круга стран с другими».

Первым докладчиком стала конфликтолог Любовь Цой. Она назвала тему приватизации «больной и токсичной», отметив, однако, что сейчас ее обсуждение отошло на второй план: «Власть не дискутирует на эту тему… потому что есть потенциальная опасность пересмотра приватизации 90-х годов». Замалчивание ведет к скрытому конфликту и напряжению в обществе, рождает недоверие к власти, может использоваться для создания ситуации политической нестабильности. «Люди чувствуют себя обманутыми и ограбленными, большинство считает, что приватизация носила криминальный характер». Согласно эмпирическим данным, государственная собственность отошла к тем, «кто был ближе к ней: директорам, секретарям райкомов, парткомов и криминальным элементам». Цой отметила, что никаких экономических функций приватизация не несла – «это был чисто политический ход Чубайса» и «попытка легитимизировать борьбу с коммунизмом».

Докладчик также привела статистические данные: «В 2011 году 80% граждан считали приватизацию нечестной и готовы были в той или иной степени пересмотреть. В 2017 году таких было всего 32%, большинство считают, что эту тему вообще не стоит поднимать…».

Любовь Цой объяснила необходимость обсуждения темы приватизации, которая произошла в 90-е годы, с точки зрения психологии: «Для человеческого сознания важно знать: что это было и где мы были», а также добавила, что все мы должны понимать механизм событий, чтобы не допустить их повторения: «Именно мысль о будущем возвращает нас к разговору о приватизации». По мнению Любови Цой, Владимиру Путину стоит «объединить людей и солидаризировать их вокруг этой темы, несмотря на то, что тема взрывоопасная».

Следующим выступил экономист Михаил Хазин, который предложил отказаться от идеи, что целью приватизации было уничтожение коммунизма: «организаторы приватизации все поголовно были членами КПСС». Сам Хазин считает приватизацию борьбой за власть: «Я самолично слышал от некоторых организаций, что их задачей было сформировать группы поддержки, которые бы финансировали их на постах".

Михаил Хазин назвал основными итогами приватизации проблемы России в экономике и коррупцию: «Было выращено целое поколение относительно молодых людей, который стали миллионерами и миллиардерами на пустом месте, никогда не занимаясь бизнесом и предпринимательством». Сегодня это привело к двум большим проблемам. В первую очередь, эти люди «не в состоянии сделать так, чтобы их компании работали с прибылью», и поэтому им требуется постоянная поддержка государства, которая не достается просто так: «Именно олигархи были главными инструментами коррупции в среде высшего и среднего чиновничества». Вторая большая проблема: «олигархи не могут допустить реальной конкуренции, потому что они не предприниматели и не понимают, как это устроено». Поэтому они уничтожают реальных предпринимателей, появляющихся в стране. Хазин заявил, что олигархия гораздо сильнее давит частную инициативу, чем бюрократия в СССР, которую все обвиняли в конце 80-х годов. «Мы сами своими руками создали коррупцию, которая сейчас существует и ликвидировали возможность для восстановления экономики снизу, то есть частную инициативу и предпринимателей», не сумев решить задачу, ради которой «разрушали советскую власть».

Хазин считает, что проблему приватизации надо решать на общественном уровне, приняв закон о люстрации: признать, что приватизация была преступным деянием, и запретить всем, кто был с ней связан, занимать государственные должности и получать бюджетные деньги. В результате владельцы компаний уйдут, а на их место встанут реальные предприниматели. Если этого не произойдет, то невозможно будет «справиться с коррупцией и ликвидацией индивидуальной инициативы».

Затем слово взял философ Тимофей Сергейцев, отметивший, что тема «обладает большим обвинительным потенциалом», а если обвинять, то использовать правовую базу, чего не делали два предыдущих докладчика.  Сергейцев сказал, что он был ближе других к приватизации, руководил экспертной группой, которая собиралась в феврале и марте 1992 года с целью определения социальных последствий приватизации - тогда готовился к принятию закон о приватизации. Участникам экспертной группы, среди которых были и представители министерств и Верховного совета, было понятно, «что это ликвидационное мероприятие, призванное ликвидировать советское хозяйство… которое существовать не могло, потому что исчезла советская власть». Все понимали, что это приведет к «превращению производственных фондов в спекулятивный товар». Ставилась цель: «чтобы не вернулась советская хозяйственная администрация, [уже не способная эффективно управлять своей собственнностью], о коммунизме речи не было».  Уже тогда экспертной группе было понятно, что никакой «эффективный собственник», на которого направлена приватизация, туда не придет. Сам Сергейцев выдвигал тезис, и экспертный совет его не оспаривал, что приватизация – «исторический процесс, он в этом смысле неизбежен». При смене строя имущество не может оставаться в прежнем состоянии, и естественно, находятся группы людей, которые стремятся извлечь выгоду на фоне исторического процесса.

Сергейцев считает, что приватизация произошла в тот момент, когда все участники и наблюдатели процесса признали существование института собственности. По словам докладчика, в Советском Союзе собственности не было, несмотря на ее упоминание в Конституции: «власть и государство непосредственно воздействовали на людей и вещи – так было устроено социалистическое советское хозяйство». И, как только в начале 90-ых был фактически учрежден институт собственности, началась борьба за нее.

После Сергейцева слово взял Андрей Бунич, напомнивший собравшимся основные моменты истории приватизации 90-ых годов: фальшивые авизо, «шоковую терапию», действия А.Б. Чубайса и Б. Н. Ельцина. Основное внимание было уделено отсутствию правовой базы приватизации. По мнению Бунича, «это был колоссальный ущерб и надругательство над юриспруденцией».

Затем началась дискуссия, к участию в которой были привлечены и собравшиеся гости. Одним из выступавших стал академик Роберт Искандерович Нигматулин, призвавший собравшихся не углубляться в терминологические споры. Он сообщил некоторые данные статистики проведенной приватизации и в целом событий 90-ых годов. В 1990 году в России смертность была на европейском уровне – 10,5 на 1000 жителей в год. После распада СССР и реформ показатель поднялся до 16,7 смертей на 1000, что составляет критический максимум: если ликвидировать медицину, то будет 18 на 1000 населения. В 2003 году президент Владимир Путин начал поддерживать здравоохранение, и уровень смертности снизился - теперь 12,5 на 1000 жителей. Для сравнения, в новых странах Европы показатель сейчас 10,5 на 1000, а в старых – с 90-х годов показатель снизился до 9,5. «Если мы проинтегрируем эту кривую с 1992 года по 2016, то мы потеряли дополнительно 14 млн людей только по Российской Федерации, значит по всему бывшему СССР – до 30 млн». Роберт Искандерович призвал понять, что реформы не прошли бескровно: «это был колоссальный удар по нашему народу». И второе заключение, которое он сделал - наши производительные силы рухнули: «у нас нет машиностроения, мы ничего делать не умеем». Нигматулин обратил внимание и на разрушенные системы образования, здравоохранения, угнетенное состояние РАН и сложное внешнеполитическое положение России. Нигматулин призвал проводить реформы по возрождению промышленности, образования, здравоохранения, системы управления в квазистатическом режиме и «не ломать страну через колено» бездумными и резкими действиями.

В заключение заседания Михаил Хазин напомнил, что в конце 80-ых годов руководство СССР выбрало англо-саксонскую модель и решило в нее встраиваться и относительно нее определять новое отношение к собственности и экономике. Именно по этой модели происходила приватизация, за проведением которой следили советники из Гарварда. Теперь, по словам Хазина, «эта модель закончилась», и, как в конце 80-ых годов, страна стоит на пороге выбора новой: «Мы должны привести текущую ситуацию в соответствие с той моделью, которую выберем. И в этом смысле обсуждение ошибок 90-х вовсе не является такой бессмыслицей, как некоторые говорят, потому что очень желательно второй раз таких ошибок не делать – это будет очень дорого стоить и стране, и тем людям, которые непосредственно будут этим заниматься».

 

ФОТО: Анна Юдина

андрей бунич зиновьевский клуб любовь цой миа "россия сегодня" михаил хазин ольга зиновьева приватизация роберт нигматулин тимофей сергейцев

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Информация предоставлена Информационным агентством "Научная Россия". Свидетельство о регистрации СМИ: ИА № ФС77-62580, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 31 июля 2015 года.