Интервью на портале «Научная Россия»

Альфред Макьюэн: жизнь нужно искать и на Европе, и на Марсе

Альфред Макьюэн: жизнь нужно искать и на Европе, и на Марсе
На поверхности Марса не течет вода, знаменитые RSL, потоки на марсианских склонах, нужно исследовать непосредственно, но будет странно, если воды нет «внутри» планеты

В 2011 году Альфред Макьюэн (Alfred McEwen), планетарный геолог из Аризонского университета в Тусконе, США, сделал одно из важнейших своих открытий — повторяющиеся линии (recurring slope lineae, RSL) на крутых склонах на Марсе, в основном в районе экватора, которые постепенно росли и темнели в конце весны, как будто заполнялись водой. Тогда их сочли одних из наиболее убедительных доказательств наличия воды на Красной планете и, соответственно, одним из лучших мест для поиска микробной жизни. Однако в своей последней работе, опубликованной в Nature Geoscience, он и его коллеги утверждают, что речь идет скорее о «потоках» песка и пыли.

Анализ 151 одного русла показал, что они возникают только на склонах крутизной более 27°, а когда угол оказывается меньше этой величины, исчезают. Доктор Макьюэн, ведущий исследователь группы, управляющей камерой высокого разрешения на Mars Reconnaissance Orbiter (MRO, на орбите Марса с 2006 года). Эта камера способна разглядеть детали размером с батон хлеба, и на сей момент, после 55000 наблюдений, сфотографировала около 2% поверхности планеты.

Альфред Макьюэн рассказал Эрику Хэнду (Eric Hand) из Science о своих последних результатах и о том, найдем ли мы когда-нибудь жизнь на Марсе.

Вопрос: На самом деле вы были осторожны с самого начала. Может быть, вы придумали это странное название, — RSL, — чтобы избежать намека на происхождение?

Ответ: Да. Мы хотели, чтобы имя было чисто описательным, хотя это ужасное имя с точки зрения прессы.

В: Вы расстраиваетесь, когда видите громкие заголовки о «воде на Марсе»? Каким был бы ваш заголовок?

О: Я озадачиваюсь. 99.99% результатов научных исследований лишь немного добавляют к уже имеющимся. Вы читаете СМИ, и думаете, что это все прорывы. В нашей первой научной статье название было: «Сезонные потоки на теплых марсианских склонах». И они все еще сезонные потоки на теплых марсианских склонах — это никуда не делось.

В: У вас уже были причины сомневаться в том, что RSL — результат просачивания воды.

О: Мы всегда утверждали, что трудно объяснить, откуда в нынешней марсианской среде появляется вода. Атмосфера настолько сухая — вам нужно придумать весьма причудливый механизм, который высасывает воду и концентрирует ее в этих областях. В коре Марса могут быть глубокие карманы грунтовых вод, я в этом не сомневаюсь. Но как она оказывается на поверхности? Можно было бы ожидать, что она появится в определенных местах: например, на дне долины Маринер (Valles Marineris). Вместо этого мы видим, что воду на всех склонах и даже на вершине хребтов и изолированных вершин. Это совершенно нелогично в случае грунтовых вод.

В: В 2015 году ученые использовали другой инструмент на MRO, чтобы найти доказательства того, что русла содержат гидратированные соли. Разве это не окончательное доказательство того, что вода все же имеет какое-то отношение к делу?

О: Это важный результат, когда вода играет определенную роль. Это не означает, что вода течет. К сожалению, так это подал пресс-релиз НАСА. Это было незадолго до выхода фильма «Марсиан».

Одной из гипотез может быть, что вода попадает из атмосферы в тонкий подповерхностный слой, который дестабилизирует вышележащие частицы почвы. Затем, когда они соскользывают, обнажается эта влажная почва, которая темнее, чем верхний слой. Но когда он оказывается наверху, то высыхает и исчезает. Пока нет подробного объяснения, как это работает. В общем, все это пока непонятно.

В: Итак, вы все еще оставляете возможность существования там тонких пленок воды?

О: Именно так. Они не только возможны, но и вероятны на Марсе. Известно, что там очень распространены соли, поглощающие воду. Известно, что небольшого объема воды достаточно, чтобы затемнить поверхность, но такого же объема недостаточно, чтобы образовать поток — его не хватит, чтобы заполнить микропустоты.

В: Насколько хороши эти тонкие пленки будут для микробной среды?

О: Это очень соленая вода. Это делает ее сложной для жизни, какой мы ее знаем. Хорошим пример — мед. Это жидкость — в основном вода, и все же никогда не портится.

В: Что раскроет тайну RSL?

О: Мы продолжаем узнавать все больше благодаря наблюдениям с орбиты. Если это связано с поглощением атмосферной влаги, мы должны видеть разницу в яркости и темноте в разное время суток. Чтобы их действительно понять, вероятно, нужно будет отправиться туда и изучить вблизи. Об этом много говорили, но определенного плана нет. Это труднодоступные места.

В: Но разве этих областей не следует избегать из-за возможности заражения земными микробами?

О: Они не запрещены для посещения, но нужно соблюдать протоколы защиты планеты, которые иногда называют стерилизацией, хотя это невозможно. Вы уменьшаете биогруз [микробов] до некоторого произвольного предела, который считается реалистичным. Это хорошая концепция в целом, но для Марса есть еще концепция «особых регионов». Это хождение по канату — нет ни одной области, которая, как мы знаем, пригодна для известной нам жизни, и мы не можем исключить возможность того, что любая из них непригодна. То есть особенное либо все, либо ничего.

В: Что из увиденного на Марсе вам нравится больше всего?

О: Я ненавижу этот вопрос. Мне все очень нравится! В общем, сюрпризами стала активность современного Марса. RSL и дюны, которые активны. Новые ударные кратеры интереснее, чем мы ожидали, — некоторые из них открывают удивительно чистый лед.

В: Как изменились ваши взгляды на планету за эти годы?

О: Изменились мои взгляды на текущую геологическую активность. Овраги [каналообразные разрезы, большие, чем RSL, обнаруженные в 2000 году аппаратом Mars Global Surveyor] — почти все считали, что они древние и вызваны водой. Мы узнали, что они формируются сейчас, и они формируются зимой, когда на земле [замороженный углекислый газ (CO2)]. Это вовсе не вода, это процесс ожижения CO2. В основном это потоки сухой породы, «заряженные» CO2.

В: Считаете ли Вы Марс гостеприимным?

О: Я не могу представить, что в пределах Марса нет мест, где сейчас есть жидкая вода. Если на Марсе была когда-либо жизнь, которая возникла где-то — почему в этих подземных объемах не должно быть жизни сегодня? С другой стороны, поверхность —очень суровая среда для жизни.

В: Должен ли поиск жизни сосредоточиться на Марсе? Или НАСА и другие агентствам нужно исследовать миры с океанами, которые вращаются вокруг Юпитера и Сатурна?

О: Я активно участвую в одной такой миссии — Europa Clipper. Существующая жизнь там гораздо более вероятна, чем на поверхности Марса. С другой стороны, все они еще дальше от нас, и Европа, в частности, находится в суровой радиационной среде. Я думаю, мы должны делать то и другое.

mars global surveyor mars reconnaissance orbiter внеземная жизнь вода вода на марсе долина маринер европа марс наса углекислый газ

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Информация предоставлена Информационным агентством "Научная Россия". Свидетельство о регистрации СМИ: ИА № ФС77-62580, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 31 июля 2015 года.