Как появилась этномузыкология? Что такое троицкие та́нки? В чем особенность аутентичных песен? Об этнографических экспедициях по изучению фольклора рассказала этномузыколог, заслуженный деятель искусств РФ, профессор и педагог, заведующая кафедрой этномузыкологии Воронежского государственного института искусств и руководитель фольклорного ансамбля «Воля» Галина Яковлевна Сысоева.

— Есть мнение, что музыкальная этнография, или этномузыкология как наука появилась в конце XVIII в., когда был повышенный интерес к народной жизни в России и в Европе. Но некоторые думают, что этномузыкология возникла с появлением фонографа. Все же когда появилась эта наука и как она развивалась?

XVIII в. — это слишком рано. В конце XVIII в. появились первые печатные тексты русских народных песен. И, конечно, музыкальная наука не могла родиться, еще только распространялась пятилинейная нотация. Этномузыкология в России зарождается в конце XIX в., как и везде в Европе, с появлением архивов фонографических записей. Фонограф в России был впервые применен М.Е.Пятницким, нашим земляком, и Е.Э. Линевой. Ими были сделаны первые экспедиционные записи. Нужно собрать много таких записей, чтобы можно было что-то изучать и обобщать, потому что одно дело, — когда воспринимаешь песню на слух, а другое — ее более детально анатомируешь, смотришь, чем она интересна.

Этномузыкология — сравнительно молодая наука, и название у нее появилось поздно,  уже в 2000-е гг. До этого использовался термин «музыкальная фольклористика». Многие ошибочно  думают, что народный хор и есть предмет нашей науки этномузыкологии. Но мы изучаем все-таки не любую народную песню, а аутентичную, так называемый подлинный фольклор, который жил и живет в деревне. Хотя таких мест остается все меньше и меньше.  

— Вы сказали про народный хор. Чем фольклорное исполнение отличается от народного?

Фольклор — это устное народное творчество. Он не предполагает никакой письменной нотации, партитуры, по которой певцы разучивали бы песни. Они слышат их у себя в голове, причем не свою отдельную партию, а целиком весь образ песни. И в зависимости от того, сколько человек ее исполняют (два, три, пять, десять, пятнадцать), будут строить партию. Они даже иногда не договариваются, кто, что и в каком регистре будет петь: верхнем, нижнем, среднем. То есть они импровизируют. В этой импровизации и есть красота фольклора, потому что голоса куда-то движутся, сталкиваются, образуют необыкновенные созвучия, кластеры, которых нет и не может быть в народном хоре: там уже продумано, должен ли звучать аккорд, или то, что создал аранжировщик. А в фольклоре каждое новое исполнение будет непохожим ни на предыдущее, ни на последующее.

Второе — в фольклорном пении другая окраска звука. В народном пении выработалась общерусская манера: и уральский, и воронежский, и омский хоры будут примерно одинаково петь песни, особенно советские. Фольклорная манера очень сильно зависит от местной традиции, от местных приемов пения. У нас в Воронежской области можно сразу услышать, что поет, например, село Пчелиновка Бобровского района. Они по-другому произносят, распевают гласные, у них очень выражен диалект, по-другому произносятся и согласные, по-другому соединяются звуки.

Фольклорный ансамбль «Воля»

Фольклорный ансамбль «Воля»

 

— Куда вы ездите и с кем общаетесь, когда проводите фольклорные экспедиции?

Сейчас я, конечно, езжу меньше. Стало труднее проводить экспедиции, потому что не в каждом селе, к сожалению, можно записать песни. Видимо, сказалась тенденция укрупнения городов и исчезновения поселков, сел.

Если еще не очень забылось, можно возродить некоторые обряды. В селе Россошь мы возрождали троицкие та́нки (та́нки — обрядовое хождение под специальные таночные песни по улицам села. – Примеч. ред.). Несколько раз приезжали в село Оськино Хохольского района, чтобы вместе с местными жителями провести такой обряд. Он проходит в виде театрализованного шествия — вождение русалки в образе ряженого коня. Этот обряд проводится в следующее после Троицы воскресенье.

Галина Яковлевна Сысоева — этномузыколог, педагог, основательница кафедры этномузыкологии Воронежского государственного института искусств и фольклорного ансамбля «Воля». Под ее руководством были собраны десятки тысяч песен, напевов и обрядов. 

Галина Яковлевна Сысоева — этномузыколог, педагог, основательница кафедры этномузыкологии Воронежского государственного института искусств и фольклорного ансамбля «Воля». Под ее руководством были собраны десятки тысяч песен, напевов и обрядов. 

 

Как раньше было? По улице в шествии впереди идет русалка. Трое мужчин надевают на плечи лестницу и накрываются пологом. Вожак держит вверху палку, на ней навязана конопля, как будто голова лошади. Сзади тоже держат палку с коноплей — хвост.  Песенники поют, и вся процессия подходит к каждому дому, откуда, как во время колядок, должны вынести сало, колбасу, яйца, самогон или деньги, у кого что есть. А если не вынесешь, неизвестно, что случится с твоими урожаем и домом. Все выносили. Народ прибавлялся, постепенно к шествию присоединялись все жители улицы.

Я очень часто слышу в деревнях такие реплики: «Давай пойдем у хату, я тут на улице не буду играть. А то скажут, что напилась». Они не говорят «песни петь», у них песни играют. Я спрашиваю: «Как же? Всю жизнь пели, на улице сидели». А мне отвечают: «Сейчас у нас так уже не играют. Давай у хату пойдем. А то скажут, что совсем с ума сошла». Вы представляете? Стесняются петь на улице.

Для меня было удивительно, насколько песни застревают в памяти. Мы ездили к Анне Юдаевне Сидельниковой, ей было уже около 100 лет. Начинаем петь песни, которые она когда-то записывала и нам показывала, и она подпевает. Такая крепкая борозда была сделана в памяти, что она до конца песню споет и не ошибется. Но в то же время может запутаться и даже свою фамилию не вспомнить. Рассказывает: «Я вот иду огород полоть, а сама песни играю. Одну вспомню, другую. Да так наиграюсь, что мне и работать легче».

Ансамбль села Верхососна Красногвардейского района Белгородской области (2001г): Золототрубова А.А. 1929 г.р., Ельчищева В.П. 1929 г.р., Торшилова М.П. 1933 г.р.. (слева направо)

Ансамбль села Верхососна Красногвардейского района Белгородской области (2001г): Золототрубова А.А. 1929 г.р., Ельчищева В.П. 1929 г.р., Торшилова М.П. 1933 г.р.. (слева направо)

 

— Троицкие традиции возрождаются только вами и вашими студентами, или в селах эти обряды еще остались и продолжают существовать?

В селах помнят, и готовы их воспроизвести. Но им нужен лидер, который смог бы всех объединить. Мне очень отрадно, что многие понимают необходимость возрождения своих народных обычаев, потому что это соответствуют нашей русской потребности в соборности. Для русского человека это не праздник, если нет народного, массового гуляния. Праздник — это когда все объединены общим чувством, общим стремлением.

Вообще народные праздники создавались не как форма праздности. Напротив, праздник — это определенный ритуал на будущее. Как ты споешь, спляшешь, так тебе в будущем праздник и отзовется — например, хорошим урожаем.

Колядки не для того, чтобы просто позабавиться. Это возможность изобразить желаемое как действительное. С весенними праздниками то же самое. Это акт продуцирующей магии. Мы хотим, чтобы в будущем у нас было все хорошо, поэтому разговариваем с природой, что-то ей сообщаем. Все песни на это нацелены. Это диалог человека с природой.

Когда после революции решили строить новую культуру, вместе с запретом на религиозные обычаи мы получили запрет и на народные праздники, потому что для крестьянина они стали неразрывны. Он не видит никакого противоречия в том, что утром на Троицу отстоит в храме, переоденется дома и пойдет на народное гуляние. Поэтому когда церковь и ее обычаи начали возрождаться, стало легче восстанавливать и народные праздники.

Народные гуляния

Народные гуляния

 

— Сколько всего вами было собрано песен и напевов?

Трудно сказать, но я думаю, что несколько десятков тысяч. В экспедиции мы ездим на небольшой срок, дней на пять. За это время можно обследовать три села. И за один раз можно привезти около 300 песен.

— Как вы считаете, фольклор сегодня умирает или все-таки возрождается?

Он меняет форму бытования и форму трансмиссии, форму передачи от поколения к поколению. От семейных традиций он переходит к любительскому творчеству и передается уже через посредников. Такими посредниками становятся руководители коллективов, которые хорошо знают традицию и пытаются ее реконструировать с новыми участниками, даже не обязательно с теми, кто живет в селе.

Содержание наших старинных песен удивительное. В них столько мудрости, красоты, и многозначных символов. Столько глубины во всех смыслах. Это нужно и в школах изучать, и постигать самостоятельно. 

— В 1990-х гг. ваш ансамбль вместе с американцами снял фильм «Россия. Спрятанная память» о народных традициях российских деревень. На ваш взгляд, каким получился этот опыт?

Они долго монтировали фильм — полтора года, так как было трудно разобраться в некоторых мифологических объяснениях праздников. Я очень боялась смотреть этот фильм, потому что 1994 г. — самая разруха в деревне. Но я бы сказала, что они мужественно восприняли неудобства быта и сделали фильм с большим уважением к русской культуре.

Фольклорный ансамбль «Воля»

Фольклорный ансамбль «Воля»

 

Некоторые вещи их буквально потрясали. Например, мы едем мимо дома, который окружили люди. Когда строят дом, на последнем этапе его нужно обмазать глиной. Все село участвует в этом, потому что работу нельзя делать кусками. А хозяева на всех готовят обед. Американцы снимали и удивлялись, спрашивали, сколько это стоит, люди сами приходят, или это родственники. Нет, это чужие люди — односельчане, которые приходят помочь. Отказать нельзя. Ты откажешь, и к тебе не придут.

Однажды мы приехали в село Кочетовка Хохольского района Воронежской области. Возле одного дома собрался ансамбль, все пришли в костюмах. Американцы зашли снять интерьер дома. Это была одна большая комната. За пологом стояли кровать, русская печка, лежанка с ситцевой занавесочкой, хозяйственная лавка. Стол и сундук были покрыты вышитой скатертью. На полу дорожки тканые, а на окнах занавески. Ничего лишнего. Я вошла, и у меня все внутри сжалось. Думаю, скажут: «Что за бедность?!». Но у них был невероятный восторг от того, что люди в этой бедности смогли создать такую красоту интерьера. Потом один из операторов сказал, что его больше всего потрясло счастливое выражение лиц наших крестьянок. Они не страдают, они не замечают этой бедности, у них в жизни все хорошо. Он рассказал: «У меня два дома, несколько машин, бизнес. И я очень часто испытываю дискомфорт, депрессию. А здесь вижу много счастливых лиц и не понимаю, отчего они счастливы». Вот загадка русской души. Они счастливы от общения. Этот фильм в Америке завоевал пять национальных призов. Он называется «Россия. Спрятанная память».  

Фото: volyafolk