Материалы портала «Научная Россия»

Инструкции для дворцовой стражи: как поймать шпиона

Инструкции для дворцовой стражи: как поймать шпиона
Трудовые договоры бронзового века.

Среди архивов царского дворца Хаттусы найдены, в частности, тексты, известные в хеттологической литературе под названием инструкций. Это набор обязательств для дворцовых служащих, по-хеттски называется ishuil-. Каждый из таких документов адресовался тому или иному «профессиональному классу» — людям определенных занятий. В царском дворце обязанности были распределены довольно жестко — существуют инструкции для водоносов, телохранителей, жрецов и служителей храма, прислужников. А также для привратников, которые должны уметь определить вражеского лазутчика.

Скорее всего, некоторые из подобных текстов могли быть частью документов большего объема, в которые также входили тексты других жанров. Самое естественное — инструкции (ishuil-) могли объединяться с клятвами (lingai-). Ключевые слова для описания этого жанра — ishuil- «инструкция’ и lingai- «клятва’ — происходят, соответственно, от слов ishai-/ishiya- «связывать, обязывать’ (то есть ishuil буквально означает «связанность’) и link- «клясться’. Такие клятвы должны были принести царю его подчиненные перед богами, выступающими в качестве свидетелей и гарантов для того, что, таким образом, становилось единым юридическим соглашением, своего рода трудовым договором. Обращение при этом обычно шло от имени управляющего или даже самого царя к подчиненным.

Другая разновидность инструкций — протоколы. Они обычно представляют собой предписывающего характера текст, описывающий конкретные действия для человека, занимающего конкретную позицию. Эти документы — организация рутины. Именно такие памятники, не ограниченные пафосом царских соглашений, позволяют нам увидеть обыденную жизнь хеттской столицы и ее социолингвистические особенности.

Очень любопытную инструкцию, из которой мы довольно многое узнаем о жизни хеттского дворца, представляет собой текст, который обозначается в литературе как «Протокол дворцовых привратников» (Protocol for the Palace Gatekeeper, CTH 263). Инструкция описывает правила, которыми должна была руководствоваться дворцовая стража, — то есть, собственно, это руководство относительно того, кого и как следует пускать за ворота и как следует вести себя в сложных ситуациях. Например, у кого следует отпрашиваться, если требуется отлучиться от ворот, с помощью какого протокола, по какой цепочке, кто ответственный и в каком порядке следует запрашивать разрешения. Или же — что делать, если шпион пытается проникнуть во дворец.

К сожалению, от этого документа до нас дошли лишь отрывки. Большинство хеттских документов, записанных на глиняных табличках, за прошедшие более чем 3000 лет были многократно разбиты на части и раскопаны в основном в виде небольших глиняных обломков. Чтобы собрать такой текст воедино, требуется грандиозная работа по так называемому джойнированию — сединению обломков между собой. Надо еще учесть, что далеко не все составляющие документ части удается найти, часть фрагментов пропадает бесследно, а некоторые документы удается правильно джойнировать только спустя годы. От «Протокола дворцовых привратников» до нынешнего времени дошла едва одна четвертая часть оригинальной композиции.

Любопытно, что этот текст после первоначального создания переписывали столетиями. Зачем требовалось регулярно делать новые списки этого текста, остается неясным — вероятно, мы можем лишь спекулировать на этот счет. На то, что документ составлен в ранний период сразу после заселения Хаттусы хеттами, указывает, в частности, использование в нем лексики хаттского языка.

Будни дворцовой стражи

«Протокол дворцовых привратников» открывается описанием начала рабочего дня городского стража: «Когда он (привратник) подходит к дверному запору дворца,…», и дальнейшим описанием ежедневно повторяющегося ритуала встречи с мастерами, приходящими во дворец.

Оригинальный текст (цифры обозначают номер строки в табличке):

i 1 ma-a-an I-NA é.gal- za-ak-ki-ti-i ar-ta-ri nuza lúì.du8˺

i 2 gIštuKulmeš egIr-an ki-iš-ša-an kap-pu-u-e-zi lúì.du8-kán

i 3 iš-tu Ká.gal kat-ta ti-i-e-zi nu na-a-ši-[l]i ki-iš-ša-an

i 4 te-ez-zi ḫa-lu-ga-aš ḫa-lu-ga-aš

Перевод:

«(1) Когда дворцового запора он достигает, дворцовый привратник (2) торговцев так отмечает. Привратник (3) от главных ворот вниз ступает, по-хеттски (по-неситски) так (4) говорит: Объявление! Объявление!»

Следующее за этим «объявление» состоит в выкрикивании названий мастеров, которые живут (спят) во дворце и которых он должен назвать, ни более ни менее, по-хаттски, а не по-хеттски. Особенность этого места заключается в том, как составлены списки этих названий — однообразные списки титулов, с которыми надлежит обращаться к дворцовому персоналу. Они организованы в две колонки. В левой колонке идут хаттские наименование, а хеттские аналоги или соответствующие им шумерограммы — в другой (см. Табл. 1).

Оригинальный текст:

i 6–7    LÚÌ.DU8=ma=aš=kan ḫa[tti]li lamnit ḫalziššai

Перевод:

«Привратник же по-хаттски именем (их) называет»

Табл. 1. KBo 5.11+ (дубликат A i 8–20); KBo 50.270 (дубликат C 4'–6' для строк A i 8–11): именование мастеров

(8) LÚwindukqaram

SAGI-

(9) LÚzūlūwē

GIŠBANŠUR-

(10) LÚḫantipšuwā

MUḪALDIM-

(11) LÚparšiēl

ALAM.ZU

(12) LÚšaḫtarīl

GALA

(13) LÚdūēl

zilipuriyatallaš

(14) LÚḫaggazuēl

akuttarraš

(15) LÚdāgulrunāil

GIŠZA.LAM.BAR

(16) LÚtānišawa

GIŠGIDRU~

(17) LÚtušḫawadun tānišaue

GAD.TAR~

(18) LÚlūīzzīl

KAŠ.E~

(19) LÚkīluḫ

NÍ.ZU KAŠ.E~

(20) LÚduddušḫiyal

duddušḫiyalaš

Фактически этот отрывок представляет собой двуязычный словарь, предназначенный даже не для самого стража, а, скорее, для писцов, которым приходится переписывать эти названия из копии в копию. Самое неожиданное — что нарратив (описание действий выкрикивающего названия привратника) прерывается пособием для переписывающего этот текст писца.

Выражение «он говорит по-хаттски так» (hattīli kiššan tezzi) повторяется каждый раз, когда требуется дать инструкцию. Например:

 Оригинальный текст:

ii 8''–9''            ḫattīli [kiššan tez]zi

Перевод:

«По-хаттски [так он го]ворит»

Но этим лингвистическое разнообразие дворцовой жизни не ограничивается. Как только привратник закончит выкрикивать этих мастеров, он обращается к другим слугам — тем, которые поддерживают огонь. И к ним он должен обращаться тоже не по-хеттски, но и не по-хаттки, а по-лувийски. Впрочем, то, что он должен сказать по-лувийски, в протоколе записано, наоборот, по-хеттски, а не по-лувийски.

KBo 5.11+ (дубликат A i 21–24)

i 21 namma=azMEŠpaḫḫuenaš EGIR-an kappūez[i]

Затем он людей, поддерживающих огонь, отмечает

i 22 n=at parā tiyanzi

Они вперед выступают

i 22–23 nu Ì.DU luwili kišš[an] tezzi

Привратник по-лувийски так говорит

i 23 uwat

«Войди!»

Этот текст понимается следующим образом: «Потенциальные читатели инструкции были хетто-лувийскими билингвами, и никаких трудностей произнести предписанный текст по-лувийски у них не было». Прямых доказательств тому у нас нет, но такая трактовка выглядит вполне убедительной.

Самое забавное в «Протоколе дворцовых привратников» касается мер, направленных на поимку шпионов. Хаттский язык во дворце Хаттусы используется как своего рода проверочный язык (security check). Сюжет таков: привратник встречает уборщика (cleaner), поднимающегося во дворец. Страж должен проверить, верный ли человек перед ним, не шпион ли. Поэтому он спрашивает уборщика, кто он (zik=za quis; букв. «ты кто?»). Чистильщик должен ответить хеттским словом tāḫaya, означающим «чистильщик». Если же не ответит, то есть если привратник получит нормальный ответ по-хеттски: «Уборщик», то человека, пришедшего к воротам, следует заподозрить в том, что никаким уборщиком дворца тот не является, а является «слугой человека», то есть шпионом. Это угроза безопасности, и такой человек должен быть задержан.

KBo 5.11+ (дубликат A iv 22'–25')

iv 22'   Ì.DU8=ma=kan ANA KÁ.GAL-TÌ anda artari

Страж же у ворот стоит

iv 22'–23'        n=ašt[a …] maḫḫan ŠU.I šarā paizzi

Когда уборщик наверх поднимается

iv 23'               nu LÚÌ.DU8ḫalza[(i)]

Страж выкрикивает

iv 24'               zik=za kuiš

«Ты кто?»

iv 24'               LÚŠU.I=ma kiššan tezzi

Уборщик же так говорит

iv 24'               tāḫ[aya]

«Уборщик» (хатт. tāḫ[aya]).

iv 25'               kuiš=a tāḫaya=ma ŪL tezzi

Тот же, кто tāḫaya не говорит

iv 25'               n=aš ÌR!

Он человека слуга

iv 25'               n=an appan[du]

Его пусть схватят

Что мы можем понять из «Протокола дворцовых привратников» о жизни в Хаттусе? Судя по тому, что лувийские и хеттские слова не требовали перевода для рядовых служащих дворца, мы видим, что большинство или, по крайней мере, многие из обитателей Хаттусы говорили на хеттском или лувийском свободно и, с большой вероятностью, вообще были билингвами. Но хаттские названия уже требуют подсказки даже образованным представителям дворцового персонала. Поэтому становится очевидным, что даже дворцовая элита, какой являлись писцы, и даже в ранний период существования Хаттусы как столицы Хеттского царства уже не говорила на хаттском языке. По крайней мере в древне-среднехеттский период, хаттский еще сохранялся в обиходе Хаттусы, — в частности, в названиях мастеров, — но не был уже языком свободного использования для таких персонажей, как привратник и писец, которым требовались переводы. Подобные лингвистические намеки можно найти в других подобных контекстах, например в «Протоколе царских охранников» (Protocol for the Royal Bodyguard), который имеет много параллелей с «Протоколом дворцовых привратников».

А вот, для сравнения, протокол царских телохранителей: LÚ.MEŠ.MEŠEDI — IBoT 1.36, частично KBo 30.187. Выглядит первая табличка примерно так (вторая представляет собой два небольших фрагмента):

инструкции таблички хаттуса хеттский язык

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий