Материалы портала «Научная Россия»

Дмитрий Ливанов объяснил поспешный и тайный характер реформы

Министр образования и науки РФ в интервью «Эхо Москвы» ответил на вопросы об авторстве закона о реформе, его подготовке и реализации.

Министр образования и науки РФ Дмитрий Ливанов в эфире радиостанции «Эхо Москвы» рассказал о подготовке реформы Российской академии наук ― в частности, о принципиальных положениях законопроекта, которые не могут быть изменены, об авторах документа и о том, почему законопроект обсуждался тайно. 

Каковы цели реформы? Чего разработчики хотели добиться этим законом? Этот вопрос ведущий радиоэфира Алексей Венедиктов задал министру первым.

«В законопроекте три принципиальных позиции, которые не могут быть изменены, ― ответил Дмитрий Ливанов. ― Первая позиция состоит в отделении клуба выдающихся ученых от системы институтов. Это нужно, для того чтобы исключить постоянный конфликт интересов, который присутствует в деятельности Академии наук. Потому что одни и те же люди принимают решения о том, какие исследования надо финансировать, они же их финансируют, они же их проводят, они же сами себе потом отчитываются и сами себя награждают. Этого быть не должно. Вообще, Академия наук в том виде, в каком она сложилась за последние 20 лет, это полуфеодальная распределительная коалиция. То есть организация, которая исключает какие бы то ни было внутренние стимулы к развитию, которая заинтересована только в расширении затрат, но никак не ориентирована на достижение результата…

Второе принципиальное положение – это национализация имущества Академии наук. Государство этим законопроектом полностью берет на себя ответственность за сохранность и стопроцентное целевое использование федерального имущества, которое было ранее закреплено за РАН, которое использовалось недолжным образом, которое, если говорить просто, разбазаривалось. Но теперь с этим будет покончено. Государство гарантирует, во-первых, сохранность этого имущества, а во-вторых, его целевое использование только в интересах развития науки и высшего образования…

Третье – это объединение трех академий: Российская академия наук, Академия медицинских наук и Академия сельхознаук. Это обусловлено теми тенденциями, которые в 21 веке испытывает вся мировая наука, когда происходит конвергенция, когда на первый план в качестве локомотива развития науки в целом выходят науки о человеке, науки о жизни, науки о здоровье…»

По словам главы министерства, концепция реформы была разработана еще осенью 2012 года. «Когда у нас уже был текст законопроекта, я доложил своему начальству: я считаю - надо действовать так. Где-то в середине осени 2012 года мы окончательно сформировали позицию». На вопрос ведущего Алексея Венедиктова, означает ли сказанное им, что глава правительства Дмитрий Медведев и вице-премьеры знали о концепции еще с осени, Ливанов ответил: «Безусловно».

«Было несколько вариантов, несколько концепций, несколько развилок, ― сообщил министр. ― Мы их обсуждали. Мы их прошли. Мы выбрали тот вариант, который был потом реализован. Хотя я изначально склонялся к другому варианту, когда у нас должно было быть не федеральное агентство, а должна было быть ассоциация научных институтов, типа общества Макса Планка.  Но коллеги сказали мне, что в нашей культуре, правовой, гражданской, это работать не будет. И я с этим согласился».

Министр также заявил, что предлагал начать реформу РАН весной этого года ― до прошедших в мае выборов президента Академии. «Но где-то в апреле или, может быть, в начале мая было принято решение действовать», ― сказал он.

Дмитрий Ливанов объяснил, почему планируемые преобразования обсуждались тайно, без академиков. Он признался, что не хотел обсуждать проект реформы с бывшим президентом РАН Юрием Осиповым и ни разу не проводил с ним рабочих встреч.

«Я с ним виделся на заседаниях правительства, я с ним здоровался, но я с ним ничего не обсуждал, в силу того, что я был абсолютно убежден в бессмысленности этого, что у нас просто нет общего языка, на котором мы можем говорить», ― сказал Ливанов. Он добавил, что был уверен в этом, так как «очень хорошо знал внутреннюю ситуацию, позицию этих людей». «Обсуждать с ними что-либо было бы бессмысленно», ― повторил министр. По этой причине предложенная реформа оказалась полной неожиданностью для академиков.

По поводу спешного внесения и оперативного рассмотрения законопроекта Госдумой, на которые ушла всего неделя, Дмитрий Ливанов сказал: «Я подхожу к этой истории совершенно прагматично. Моя задача как управленца ― продвинуться как можно дальше в решении тех задач, которые я считаю важными. Я действую как физик ― чем быстрее продвинешься, тем меньше потеряешь».

«То, что сделано быстро, я это объясняю профессионализмом тех людей, которые обеспечивали прохождение этого закона, ― добавил Ливанов. ― Я хочу отметить, что и правительство, и Государственная Дума действовали в соответствии со своими регламентами. Никакие нормы регламента при этой, как вы говорите, операции нарушены не были».

Ливанов также подчеркнул, что законопроект готовил коллектив авторов-юристов и концепция закона о РАН как о «клубе ученых» была продумана заранее. Министр отметил, что подобная система эффективно работает за рубежом. По его словам, концепцию отделения научной работы от финансовой деятельности он «был бы счастлив приписать себе, но она родилась давно, и весь мир живет по ней».

Глава Минобрнауки рассказал, что лично отвечал за подготовку законопроекта, его обсуждение в правительстве и внесение в Госдуму. «За каждое слово я несу ответственность, но автором я не являюсь», ― заявил министр.

Дмитрий Ливанов рассчитывает, что в середине сентября закон будет принят в третьем чтении.

дмитрий ливанов ран реформа ран эхо москвы

Назад

Социальные сети

Комментарии

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий